Деревня так плотно спряталась в кронах деревьев, что ее и сфоткать как деревню не удалось.
А мы приехали в гостевой дом Назгуль.
Хозяева чудесные, очень гостеприимные, шуршат все, включая сыновей.
Дом стоит на берегу реки, вот 2 шага на край двора сделал, а там вот так.

Сначала мы обсуждали возможность перейти на тот берег. Просто из любопытства и пройтись. А тем временем нам показали комнату, всякие души/туалеты, а только мы покидали вещи и немного освоились, сообщили, что ужин готов.

Стол просто ломился от всего, чего можно.
Потом появились супчики/салатики.

Меня заинтересовали интересные штуки в менажнице.

Это оказались печеные бобы. Ну вот примерно технология как поп-корн, соль, они пекутся, шкурка лопается, потом легко чистится. А у бобов получается вкус соленых орешков. К пиву - огонь! Но и без пива я их грызла с удовольствием.

Во время ужина компанию нам составляла группа французов. Рядом со мной сидела французская до невозможности семейная пара Жаклин (64 года) и Жерар (68 лет). Они уже 3 недели путешествуют по Средней Азии, объехали Узбекистан, теперь за Киргизию взялись. Тоже спустились с Сон-Куля незадолго до нас.
Мы обсуждали Сон-Куль. Я спросила, ездили ли в горы на лошадях. Нет, не ездили. Не удержалась, похвасталась, что я это сделала.
Жаклин принялась объяснять:
- Во Франции мы ездим на лошадях, достаточно часто. Хотели и здесь. Но потом я посмотрела на их упряжь, это странное седло, странные стремена... мы наверно на таком не сможем. Мы привыкли к классическому кожаному седлу и стременам в положенном месте.

Я поржала. Вспомнила подушку с овечьей шкуркой поверх металлической рамки и стремена - полукольца на веревочках. Бедные французы! Наверно они еще вежливо описали свои опасения.

Разговор тек, воспоминания последних дней роились. Вечер уже клонился к концу, надвигалась ночь. Кто-то уползал спать, оставшиеся тихонько болтали. Хозяева жарили шашлык.

Мы были уже обожравшиеся до обездвиживания, но отказываться наотрез было уже невежливо. Хозяйка Назгуль выставила на стол большое блюдо с шашлыком. Мы тяжело вздохнули и потянулись к ароматному мясу.

Над домом висела луна.

Мы ехали по долине.

На подъезде к следующему селу увидели еще одну местную достопримечательность.

Это Мазар (Мавзолей) Кожомкула.
Баатыр Каба уулу Кожомкул - кыргызский силач, богатырь. Своими благородными делами и громкими спортивными достижениями Кожомкул прославил себя на века.
Кожомкул родился в 1889 году и умер в 1955 в возрасте 67 лет. Он был 2,3 м ростом и весил 164 кг (последние 2 утверждения спорны, но местные свято верят).

По легенде возвращался как-то Кожомкул к себе домой, в Сусамыр, через перевал Тёё-Ашуу. У самого перевала обрушилась такая метель, повалил такой снег, что коняга стала. Не спать же здесь в такую проклятую погоду! Взвалил Кожомкул лошадь на себя, перенес ее через заметеленный перевал, а после взгромоздился на нее и, как ни в чем не бывало, спустился в Сусамырскую долину. Подъехал к своей юрте, привязал коня и спокойно сел пить чай... По слухам, есть очевидцы сего «перехода через Тёё-Ашуу» — люди своими глазами все это видели. Но как бы это ни было — люди этим словам верят.

Есть много версий о болезни и причине смерти Кожомкула. Суусамырцы, придерживаются своей. Им старшие люди говорили, что однажды в тарелку Кожомкула попало какое–то насекомое, и после этого у него стал болеть желудок. Кожомкулу даже не смогли помочь Бишкекские (Фрунзенские) врачи, да и не стал он протяжно лежать в городской больнице. Его очень тянуло в родные места. Вероятно, предчувствовал скорую кончину...

Вот и стоит на окраине села его Мазар.
Внутри.

На центральном столбе мудрые изречения.

Современные кыргызы в какой-то мере ассоциируют Кожомкула с легендарным Манасом - он такой же внушительный, всесильный и, главное, великодушный.
В честь Кожомкула назван поселок, где он родился. В деревне есть маленький музей, где можно увидеть фотографии, некоторую одежду баатыра. Также можно увидеть огромные камни, которые, как говорят, он поднимал на своих плечах.
Дворец Спорта в Бишкеке назван в его честь.

На восточной окраине села похоронена мать Кожомкула, на могилу которой он водрузил огромный камень весом 160 кг.
От Мазара Кожомкула могилы матери и ближайших родственников видны, вон они на холме.

Хорошо. Только можно я исправлять уже не буду? 
Просто странно, что всех ведут к мавзолею друга, а не самого Кожомкула. Типа, с дороги ближе? Тоже мне, народная любовь.

Можно ли привыкнуть? Нет.
Хочется ли впитывать красоту за окном машины? Да!
И постоянно там что-то новое!

Вот мы въезжаем в очередной район.

Стали мелькать поля какой-то цветущей травки. Не поняли, что это, но на общем фоне поля кажутся красными.

Большие стада на склонах.

Когда-то в прошлой жизни весной мы с Ирой собирались проехать из Оша до Бишкека на машине, говорят дорога очень красивая.
Если бы это случилось, из Оша мы приехали бы сюда, на эту равнину, к этой развилке.

И вот теперь мы проделаем часть пути по несостоявшемуся маршруту.